Чем меньше в обиде компонент агрессии, обращенной вовнутрь, тем в меньшей степени это – обида, и тем в большей – именно агрессия, явное и подавленное желание «дать сдачи».

Есть распространенное мнение, что одни люди более обидчивы, а другие – менее. Это не так: обидчивы все. Просто у всех свои сензитивные точки, свои «темы». Обидеть можно, ударив человека именно в то место, в котором сконцентрировано самое большое количество «нервных окончаний», условно говоря. В ту «тему», в которой у него самого максимальное количество путаницы, неясности и вопросов к самому себе. Как говорится, слова «сукин сын» могут обидеть только того, кто неуверен в своей матери.

Считается также, что одних обидеть проще, а других – сложнее. Это так, но лишь отчасти. С одной стороны, чем сильнее человек «опроблемлен», тем проще его обидеть, потому что больше вероятности попасть в чувствительную точку: их просто много. С другой стороны, те, кто кажется нам необидчивыми, возможно, на самом деле, вовсе и не являются таковыми. Просто «более» обидчивые усвоили одну стилистику или модус поведения (связан ли он с родительской семьей, образом жизни, позднейшим опытом, родом работы – не важно), а «менее» обидчивые – усвоили другую. И еще большой вопрос, кто менее обидчив на самом деле – тот, кто легко выражает свои чувства или – тот, кто боится «потерять лицо», не показывает их и копит. Во втором-то случае как раз обида может остаться с человеком надолго – потому что он даже сам себе не признается в том, что он чувствует.

Самый простой и эффективный способ если не полностью освободиться от обиды, то, по крайней мере, ослабить ее – это выразить свои чувства. Как минимум – признаться себе: «Да, я обижен» и попытаться разобраться в себе: что же так сильно зацепило? Как максимум – стоит выразить обиду и самому обидчику. К сожалению, этот способ обычно труднодостижим.

С признанием неправоты – ровно то же самое. Было бы не совсем верно утверждать, что одни люди легче признают собственную неправоту, а другим это тяжелее. Всем тяжело признавать собственную неправоту, «завязанную» на какую-то из таких чувствительных тем. Чем болезненнее тема для самого человека, тем сложнее ему именно в ней вести себя адекватно. А если ты понимаешь, что допустил некую небрежность, грубость или был неправ – вне своей темы или – вне человека, с этой темой связанного, тут просто быть вежливым и воспитанным, легко извиниться. Потому, что такое действие не связано для нас с каким-то трудным внутренним шагом, почти подвигом.

Что же до подвигов, здесь, конечно, есть герои. Но их мало, как и на войне. В самом главном и в самом болезненном признавать свою правоту способны лишь единицы. Для этого требуется настоящее мужество.